Когда мне было 26 лет, я съехалась с Дмитрием, старшим меня на 6 лет, расписываться мы не стали. Мы были счастливы, гражданский муж души во мне не чаял. Я узнала, что беременна в 30 лет. Будучи на 7 месяце беременности, я прочитала сообщение в телефоне моего возлюбленного: «Котик, ты приедешь сегодня?» и вечером он поехал по работе и совещание затянулось, он приехал домой только утром, так я поняла, что у моего избранника есть другая, которая младше меня на 6 лет. Пытаясь спасти наши отношения, я была идеальной женой, готовила все его любимые блюда, стирала, дома все сияло чистотой, я ни разу не упрекнула его и не всем своим видом пыталась не выдать, что я знаю про его измену.
Мне не к кому было пойти поплакаться в жилетку или рассказать о своем горе, я выросла в детдоме.
Когда после родов я еще лежала в роддоме, мне понадобились некоторые вещи, я попросила знакомую принести мне их. Когда она пришла к нам домой, он без угрызений совести открыл ей дверь, и она увидела любовницу, ходившей по квартире в моей одежде. Но это все неважно. Наша дочь родилась непоседливой и по ночам плохо спала, плакала. Он, говоря, что не может уснуть от ее плача, мы жили в небольшой однокомнатной квартире, уходил ночевать, по его словам, то к брату, то к другу.
Я очень не хотела, чтобы моя дочь росла без отца, поэтому всеми силами пыталась сохранить наш брак. Он часто стал оскорблять меня, говорить, что я глупая, издеваться над моим лишним весом (после родов, как и многое, я набрала пару тройку лишних килограммов), все время заглядывался на жён своих друзей, и сравнивал меня с ними, говоря, что они красивее и лучше выглядят, а я и в подметки им не гожусь. Через некоторое время стал избивать меня: не досолила, не то приготовила, не туда положила. Совсем скоро начал выгонять меня из дома, а я ползала на коленях, умоляя его не делать этого, ведь мне некуда было идти. На фоне стрессов у меня пропало молоко, декретных денег было очень мало, мне не хватало ни на что, он давно не давал мне деньги, хотя бы на продукты. Он же дома никогда не кушал, всего уезжал, приезжал только изредка переночевать, переодеться и искупаться. Вскоре участились побои, просто так, за испорченную жизнь, что ребёнок от меня, а не от неё. Так я прожила долгих 5 месяцев. И вот он пришёл с ней, ее звали Ирина, и сказал, что у меня есть полчаса на сборы, и чтобы я убиралась с его квартиры.
Я не смогла сдержать слез, молила его не выгонять нас с дочкой, ведь нам на было куда идти… Все, чего я добилась, была пощечина и ядовитые слова «посмотри на себя, ты же чучело огородное, ты и рядом не стоишь с Ириной, как Я могу быть с такой как ты».
Вот так тёмным, морозным, январским вечером я оказалась сама с 5 месячным ребенком на улице. Этот день навсегда остался в моей памяти. Метёт метель, блекло светят фонари, я сижу на лавочке с ребёнком на руках, а рядом все мои вещи небольшая сумка, в которой даже не было зимних вещей. Он забрал у меня все, что когда-то покупал мне, в том числе и телефон, все, что у меня было 18 рублей на проезд. А ехать мне некуда было, весь круг моих друзей и знакомых по сути его друзья.
До беременности я работала городской больнице медсестрой, я поехала туда и молила доктора пустить меня переночевать, на одну ночь я была спасена.
Утром я поехала и заложила свое кольцо и колье, получив 7000 рублей и в тот же день сняла скромную маленькую комнатушку у приветливой старушки на окраине города за 4000 рублей в месяц.
У меня совсем ничего не было, даже простыни и полотенца. Нина Ивановна, хозяйка дома, ей было 62, она плохо ходила и много болела, выслушала мою историю и предложила свою помощь. Ее сын погиб, забот у неё не было, она сказала, что посидит с дочкой, а мне нужно искать работу.
Было нереально найти хорошую работу без образования, я не доучилась один год.
Мне казалось худшего быть не может, когда мой «муж» объявил мне, что не будет платить кредит за машину, которую он оформил на меня, а если я вздумаю пойти в суд, и подать на алименты, то он легко лишит меня родительских прав, так как своего дома и стабильного дохода у меня не было.
Мне пришлось устроиться сразу на несколько работ: уборщицей на фабрике за 4000 рублей в месяц, вечером мыла посуду в кафе за 7 км от фабрики, приходилось ходить пеше, а получала я ещё 3000 рублей.
Но денег катастрофически не хватало. Помимо оплаты жилья, на закрытое кредита уходило 8800 рублей каждый месяц, которые надо платить на протяжении двух лет.
Я начала подрабатывать по ночам: вязала варежки и шарфы и продавала их на рынке, стоя в осенней куртке и сапогах по жуткому морозу, и перебирала пропавшие фрукты и овощи на складе, где мороз пробирал до костей, но я умудрялась обрезать пропавшие части и приносить немного доченьке. Ранним утром работала дворником.